Анжелика- Анн и Серж Голон!Читаем и оставляем комментарии с удовольствием!
Главная » 2016 » Декабрь » 7 » Путь в Версаль. Часть 3. Глава 45 Дамы аристократического квартала Дю Марэ- Анн и Серж Голон
19:40
Путь в Версаль. Часть 3. Глава 45 Дамы аристократического квартала Дю Марэ- Анн и Серж Голон
По дороге в дю Плесси Анжелика почувствовала смутное беспокойство, а сердце забилось еще быстрее, когда она увидела во дворе экипаж маркиза. Лакей сказал ей, что маркиз приехал два часа назад.
Быстрыми шагами Анжелика поднялась по лестнице, как вдруг услышала душераздирающие крики своих детей.
«Почему Флоримон и Кантор так кричат? — спрашивала себя Анжелика. — Деревенский воздух делает их такими неугомонными? Нужно отругать их, чтобы их будущий отчим не думал, что дети невоспитанны».
В одной из комнат Анжелика увидела страшную картину. Около камина, где пылал огонь, Флоримон и Кантор, прижавшись друг к другу, были атакованы тремя огромными догами, черными и страшными, как само исчадие ада. Их звериные морды, с которых капала пена, были направлены в сторону детей. Доги дико лаяли, оскалив морды, а Филипп еле удерживал поводок в своей руке. Казалось, плач детей забавлял его.
На мраморном полу в луже крови Анжелика увидела труп любимой собаки мальчиков, которая, должно быть, попыталась защищать своих маленьких хозяев.
Личико Кантора было в слезах, а Флоримон, бледный как смерть, стоял впереди брата, вытащив свою детскую шпагу и направляя ее острие в раскрытую пасть собаки.
Анжелика, не долго думая, схватила тяжелую табуретку и с силой запустила ее в собачьи морды. Доги завизжали от боли и отпрянули назад. Она подбежала к детям и обняла их. Как цыплята, дети вцепились в материнский подол. Кантор сразу же перестал плакать.
— Филипп, разве можно так пугать детей! — воскликнула Анжелика. — Они же могли упасть в камин. Посмотрите, Кантор обжег себе руки.
Молодой человек посмотрел на нее своими холодными и жестокими глазами.
— Ваши дети трусливы, как курицы, — презрительно заметил он.
«Он пьян», — подумала Анжелика.
В этот момент вошла растерянная Барба. Запыхавшись, она сложила руки на пышной груди, чтобы как-то успокоить сильно бьющееся сердце. Ее глаза бегали от Филиппа к Анжелике и остановились на трупе собаки.
— Да извинит меня мадам, — залепетала она. — Я пошла за молоком для детей, оставив их на попечение Флико, и не думала…
— Ничего страшного не произошло, — спокойно сказала Анжелика. — Дети просто не привыкли к таким собакам, но это необходимо им, так как когда они вырастут, то будут охотиться на оленей в своих землях, как настоящие дворяне. Пусть привыкают.
Но будущие «дворяне» со страхом смотрели на уже успокоившихся собак. Теперь, возле матери, они ничего не боялись.
— Вы маленькие трусишки, — ласково сказала Анжелика.
Маркиз стоял, расставив ноги, в своем велюровом красно-коричневом с золотым отливом костюме и безразлично смотрел на мать и детей. Резко подняв кнут и ударив собак, он вышел из комнаты.
Барба быстро закрыла дверь.
— Флико нашел меня, — прошептала она. — Господин маркиз выгнал его из комнаты. Мадам, я думаю, не хотел ли он затравить детей собаками?
— Не говори глупостей, Барба, — сухо сказала мадам Марен. — Маркиз еще не привык к детям. Он хотел, ну, скажем, поиграть…
— О, игры тут ни при чем! Я-то знаю, что из этого может быть, — всхлипывала расстроенная Барба. — Я знала одного беднягу, который дорого заплатил за эти игры.
Анжелика вздрогнула, вспомнив Дино в луже крови со вспоротым животом в таверне «Красная маска». Разве Филипп не был там? Он был равнодушен к «их» забавам.
Видя, что дети немного успокоились, Анжелика пошла к себе. Она села перед зеркалом и, взяв расческу, стала нервно расчесывать спутавшиеся волосы.
Что бы это могло означать? Филипп был пьян, это сразу бросалось в глаза. В таком состоянии он мог сделать это.
Внезапно мадам Марен вспомнила слова Мари-Агнессы, которая говорила:
— Грубый, неотесанный солдат. Притворный, неискренний хам. Когда он мстит женщине, то не брезгует ничем.
«Все же он не посмел бы убить моих детей», — подумала Анжелика, бросая расческу на туалетный столик.
В этот момент открылась дверь и на пороге появился Филипп. Он зло посмотрел на Анжелику.
— Ларец у вас, мадам? — глухо спросил он.
— Да, но вы получите его только после нашей свадьбы, как об этом говорится в контракте.
— Хорошо, свадьба будет сегодня вечером.
— Вот сегодня вечером вы его и получите, — сказала Анжелика, стараясь держать себя в руках и пытаясь улыбнуться, протягивала ему руки. — Филипп, мы еще не здоровались сегодня.
— Я не вижу в атом необходимости, — отрезал маркиз, яростно хлопая дверью.
Анжелика кусала губы. Да, действительно, этого человека не так-то легко задобрить. И она вспомнила слова Молина, который советовал ей:
— Постарайтесь покорить его чувством и здравым смыслом.
Но на этот раз она сомневалась в своей победе. Мадам Марен не чувствовала в себе той силы, может, потому, что любила его еще в детстве. И никогда не видела, чтобы ее близость возбуждала этого красавца кузена. Он всегда был с нею холоден.
«Филипп сказал, что свадьба состоится вечером, но как же мой отец, — озадаченно подумала Анжелика. — Он не предупрежден».
Мадам Марен была вся поглощена мыслями о свадьбе, как вдруг в дверь кто-то постучал. Открыв дверь, она увидела своих крошек. Они держались за руки, боязливо оглядываясь вокруг. Флоримон держал в руках обезьянку Пикколло.
— Мама, — сказал он дрожащим голосом, — мы хотели бы уехать к деду, а здесь мы боимся оставаться.
— Такие слова не должен произносить мальчик, носящий шпагу, — строго сказала Анжелика. — Разве вы трусы, как недавно заметил вам будущий отчим?
— Но господин маркиз уже убил собачку. Теперь он может убить и Пикколло.
Кантор заплакал, и слезы бусинками скатывались по его розовым щекам. Этого вынести мать не могла. Глупо это было или нет, но ее дети боялись. Раньше, живя в башне Несль, они никогда не знали страха. А сейчас…
С минуту Анжелика размышляла.
— Ну ладно, вы поедете с Барбой в Монтелу. Только обещайте мне, что будете хорошо вести себя у деда.
— Дед обещал покатать меня на лошадке, — сказал Кантор, немного успокоившись.
— И мне он даст лошадь, — заметил Флоримон.
Сборы были недолгими. Через час Анжелика отправила их с Барбой и всем гардеробом в Монтелу.
— Там достаточно места, чтобы приютить их и прислугу, — сказала Анжелика.
Прислуга, казалось, тоже была довольна отъездом. Приезд хозяина принес в замок атмосферу напряженности и скованности. Молодой красавец, игравший роль благодетеля при дворе Людовика XIV, в своих владениях был абсолютным деспотом.
— Мы не можем вас оставить одну с этим… человеком, — пробормотала Барба.
— Каким человеком? — удивленно спросила Анжелика. — Ты забыла, моя дорогая, в каких ситуациях мы с тобой побывали? Вспомни! Я могу постоять за себя.
И мадам Марен горячо расцеловала служанку в пухлые щеки. Сердце ее немело от предчувствия чего-то страшного.
Поцеловав детей и сделав последние распоряжения, она захлопнула дверцу кареты.
— Ну, с богом!
Зазвенели колокольчики, и карета, тронувшись, помчалась по мощеной дороге в сторону Монтелу. Через минуту она скрылась за поворотом.

Категория: Путь в Версаль | Просмотров: 301 | Добавил: Xelena | Теги: Путь в Версаль. Часть 3. Глава 45 П | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Moре информации
Image gallery
contact
Phone: +7 905 706 4206 Задать
Alain Novak
Modern poetry of the soul
Psychology in poetry
Location in google Maps